Лже-виновный: 2,5 года в ожидании справедливости

Лже-виновный: 2,5 года в ожидании справедливости

С Гайка Оганнисяна, обвиняемого в убийстве, сняты все обвинения. Для этого защите пришлось направить более 40 ходатайств и 20 жалоб на решения следствия, прокуратуре – четыре  раза вернуть материалы дела на дополнительное расследование, а невиновному – провести 32 месяца под стражей. И вроде ничего экстраординарного, если не знать, что в 2019 году процент оправдательных приговоров в России достиг исторического минимума за всю современную историю, и составил 0,23%. О том, как удалось «пробить броню» следствия в интервью ЭСМИ «ЗАКОНИЯ» рассказал адвокат Владимир Анискин. 

— Владимир, когда и при каких обстоятельствах произошло убийство?Лже-виновный: 2,5 года в ожидании справедливости
Адвокат Владимир Анискин— Всё случилось в ночь на 28 августа 2016 года у Наро-Фоминского кафе «Инфинити». Два приятеля Манук Карапетян и Шаварш Саргсян серьёзно повздорили с несколькими посетителями кафе. За несколько часов затяжной конфликт не только не затух или иссяк, а, наоборот, перерос в потасовку, в него втягивались всё новые лица. В какой-то момент один из участников нанёс смертельные ранения Карапетяну. Скорая приехала быстро, но спасти его не удалось – от полученных ранений и большой потери крови Карапетян скончался в больнице.По версии следствия нанёс смертельные ранения Гайк Оганнисян, присоединившийся к конфликту через пару часов после его начала. Он был задержан по подозрению в убийстве, и ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

— На чём основывались доводы следствия? По их мнению, Оганнисян «на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, имея умысел на убийство, достал неустановленный следствием колото-режущий предмет» из своей машины и «нанёс два удара в области груди Манука Карапетяна».С первого же допроса Оганнисян заявил, что невиновен, и последовательно отрицал предъявленное обвинение на всех этапах следствия. Обвинение против него строилось на показаниях лишь одного человека, проходившего в материалах дела под псевдонимом А.С. Иванов. Мы сразу же обратили внимание, что его показания существенно противоречат показаниям остальных свидетелей, которые находились в непосредственной близости от места преступления. Особенность происшествия состоит в том, что в нём участвовало большое количество людей, и свидетелей оказалось немало. Так вот, все они утверждали, что не видели, кто и каким образом нанёс потерпевшему колото-резаные ранения, а также не видели в руках у участников драки каких-либо предметов, в том числе ножей.Защита, с чем  соглашалась и прокуратура, не раз заявляла следствию о различных нарушениях уголовно-процессуального законодательства, о том, что следователем не установлены все обстоятельства совершённого преступления, не проведены все необходимые экспертизы, не допрошены и не найдены все свидетели, в том числе, ключевые.

— Вы имеете в виду тех, которые могли бы пролить свет на все события той ночи, и, возможно, причастные к убийству?- Совершенно верно. За рамками расследования оказался некий друг Иванова –  засекреченного свидетеля, который на момент событий находился рядом с ним, а потом исчез. Выпал из поля зрения следователя наиболее важный, на наш взгляд, участник происшествия – М.О. В пользу того, что он может быть причастен к убийству говорят сразу несколько серьезных фактов. В частности, показания свидетелей, которые присутствовали на месте происшествия, а также иные доказательства, приобщённые к материалам уголовного дела по ходатайству защиты, признания самого следователя. И одновременно им заявлялось, что данный гражданин находился за пределами РФ, хотя он не только пребывал на территории России, но и обжаловал в суде постановление о своём привлечении к административной ответственности.

— Как действовала защита?- Мы предприняли все возможные меры по сбору и предоставлению следствию доказательств, в том числе установление свидетелей и очевидцев преступления, получение у них объяснений и последующее проведение следственными органами с участием этих лиц следственных действий, подтвердивших впоследствии доводы защиты о непричастности Гайка Оганнисяна к убийству.В частности, один из найденных установленных нами свидетелей рассказал, что присутствовал при разговоре О.М. со своими родственниками, в котором тот сам признался в нанесении ножевых ранений человеку, и что Оганнисян непричастен к убийству. Сделанная свидетелем запись разговора по ходатайству защиты была изъята следствием. Подтверждают эту версию и медико-криминалистическая и молекулярно-генетическая судебные экспертизы. Однако основными в деле долгое время оставались противоречивые показания засекреченного свидетеля Иванова, который от допроса к допросу путался в том, где он находился относительно места происшествия, каким было орудие убийства и других важных доказательствах. На полиграфе ключевой засекреченный свидетель допрошен так и не был, в отличие от свидетеля, заявившего о непричастности обвиняемого к убийству.

— Сколько времени и усилий понадобилось, чтобы доказать невиновность подзащитного? — Более двух с половиной лет кропотливой работы, уложившейся в тома документов. Были подготовлены и заявлены более четырех десятков ходатайств и двух десятков жалоб, в том числе на судебные решения об очередных продлениях срока содержания Оганнисяна под стражей. Неоднократно заявлялись и ходатайства о прекращении уголовного преследования подзащитного в связи с его непричастностью к убийству.Четыре раза прокурор возвращал уголовное дело следователю на дополнительное расследование из-за многочисленных нарушений, противоречий и сомнений в виновности Оганнисяна, приведённых в ходатайствах защиты. Следователь, в свою очередь, каждый раз обжаловал решения о возвращении дела вышестоящим прокурорам вплоть до Генерального прокурора РФ. Однако жалобы не были удовлетворены.И только в июне этого года настойчивые доводы защиты наконец-то были услышаны. Следственными органами было принято решение об освобождении Оганнисяна из-под стражи, а через месяц уголовное преследование в его отношении было прекращено в связи с непричастностью к убийству.Гайк Оганнисян в ожидании справедливости провёл под стражей 32 месяца и 10 суток. 

МНЕНИЕ. Рубен Маркарьян, председатель Общественного совета при Главном управлении региональной безопасности Московской области, заместитель Президента Гильдии российских адвокатов:Лже-виновный: 2,5 года в ожидании справедливости— Невиновному человеку даровали свободу его собственная стойкость и терпение, настойчивость и профессионализм адвоката, и неуступчивость прокурора. Что тут не так? Не так тут — неуступчивость. У прокурора должна быть не неуступчивость, а право прекращать уголовное преследование, если он видит, что следователь привлекает невиновного. А сейчас по закону получается, что прокурор, получив обвинительное заключение для передачи в суд, либо должен вернуть дело следователю для производства дополнительного расследования, либо утвердить его. Если прокурор не согласен с обвинением, а следователь всё выполнил, получается тупик. Прокурор обязан утвердить обвинительное заключение, передать дело в суд, и только там воспользоваться своим правом на отказ от обвинения. Это странно. Ведь всё это время человек сидит под стражей, даже если прокурору очевидна его невиновность.Потому такие случаи должны стать объектом отдельного изучения и наказания кого следует за потерянные 32 месяца жизни невиновного человека.  

Источник: zakonia.ru

Добавить комментарий

*

3 × 5 =